Осетинские фамилии

ГАЙТОВЫ (ГАЙТТАТÆ). Фамилия Гайтов,скорее всего, име­ет осетинское происхождение, хотя часто встречается и в Ингушетии. В исторических документах Гайтовы упоминаются как одна из привилегиро­ванных фамилий Куртатинского общества Северной Осетии.

Название фамилии, согласно одной из версий,восходит к мужскому имени Гайто, которое,вероятно, является осетинским соответствием хри­стианскому имени Георгий. Оно, в свою очередь, в переводе с греческого означает «земледелец».

Кроме того, существует предположение, что фамилия Гайтов образо­вана от прозвища Гайта. В его основе, возможно, лежит осетинское слово гайта: «крупная рыба». Прозвища, образованные от названий животных и растений, в Осетии считаются одними из наиболее древних.Известным представителем рода является Тасо Дудаевич Гайтов, до­блестный офицер русской,армии который, разделив судьбу многих детей горской знати, в шестилетнем возрасте был взят амынатом (то есть его взяли в залог для обеспечения верности народа). Тасо Дудаевич достойно нес службу пристава у кабардинцев, ингушей, в Дигорском, Алагирском и Куртатинском ущельях, а затем возглавил сословный суд. В 1824 г. дорогу между Елизаветинским и Константиновским военны­ми поселениями перенесли на левый берег Терека. Для ее охраны возвели ряд новых укреплений,в том числе Ардонское.

После строительства это­го укрепления алагирцы стали активнее переселяться на равнину. Судя по имеющимся данным, осетинское поселение возникло в 1825 г. Разрешение на освоение угодий недалеко от Ардонского укрепления командующий войсками Кавказской линии генерал Еммануэль выдал служащему назван­ного укрепления Тасо (Петру) Гайтову. Позднее Тасо вспоминал: «После перенесения в 1825 г. с правой на левую сторону реки Терек Военно- Грузинской дороги… единственное тогда укрепление было Ардонское, где я находился при войсках за переводчика. Найдя в 1,5 версты от Ардонского укрепления удобное пустопорожнее место, поселяясь там, я устроил аул, который состоял из четырех семейств, моих родственников». Еще большего на военном поприще достиг младший сын Тасо — Исай, ставший генералом. 6 мая 1865 г. он покинул отцовский дом в Ардоне и поступил на службу во 2-й взвод лейб-гвардии Кавказского эскадро­на Собственного Его Величества конвоя. Военная карьера Исая была стремительной.

В июле 1869 г. он стал юнкером, а всего месяц спустя —прапорщиком. В Дунайской войне 1877—1878 гг. участвовал в составе осетинского дивизиона казачьей Кавказской дивизии. Молодой Исай отличился в сражении у деревни Туско-Сливо, под Никополем. В ночь с 3 на 4 июля 1877 г. полк, в состав которого входил Гайтов, с трех сторон штурмовали превосходящие силы противника.Отразив все атаки, полк заставил турок отступить с большими потерями. О характере боя и значе­нии победы можно судить по реакции императора:«Благодарю славную Кавказскую казачью бригаду за ее мужество и храбрость, в особенности за ночное дело с 3 на 4 июля». А уже через четыре дня Исай участвовал в жестоких боях под Плевной.Затем практически без передышки шли бои за Гривецкий редут. Гайтов участвовал в знаменитом балканском переходе генерала Гурко. Вскоре он получил орден Святого Станислава III степени и был произведен в сотники. Службу в армии Исай Гайтов закончил в чине генерал-майора.Его заслуги перед Отечеством отмечены железным ру­мынским крестом, орденами Святого Станислава II и III степеней и Свя­той Анны III и IV степеней и др.

Власти использовали различные методы поощрения солдат, отличив­шихся на военной и гражданской службе. Так, «в награду за отличн­ую и усердную службу штаб-офицера»Гайтова его родственникам выделили 375 десятин земли.

В 1845 г. осетины Куртатинского общества обратились к наместнику Кавказа Воронцову с просьбой разрешить им отправить небольшую деле­гацию в Санкт-Петербург для встречи с императором. В качестве депутатов выбрали «самых почетнейших в обществе» — войскового старшину Петра Гайтова и прапорщика Ахмета Цаликова.Среди просьб внимание привле­кает 4-й пункт: «Детей нашего общества, ныне назначаемых лейб-гвардии в Кавказский горский полуэскадрон, назначать также и в учебные заведе­ния по числу наших семейств из одних только старшинских детей, дабы сим назначением они могли служить пользой российскому престолу».