Осетинские фамилии

Башня Мамсуровых с.Даргавс

МАМСУРОВЫ (МАМСЫРАТÆ). Фамильное имя Мамсуровых восходит, скорее всего,к личному имени далекого предка — Мансур (араб.— «победитель»).

Согласно генеалогическим преданиям, Мамсуровы,наряду с другими алдарскими фамилиями,происходили от легендарного царевича Тага. В тех же преданиях подчеркиваются особо прочные связи предков осетин(алан) с Арменией. Например, одна из самых ранних версий генеалогических пре­даний алдаров, включенная в четвертую статью норм обычного права (спи­сок Норденстренга 1844 г.), выводит «уазданлагскую (благородную)фами­лию Мамсоре» от царевича Тагаура,а «жили Мамсоре в селении Даргавсе».

Время появления Мамсуровых в Тагаурском обществе мы можем определить лишь приблизительно, с немалыми оговорками.В родословных Мамсуровых и других представителей знати Восточной Осетии вроде бы приводится хронологическая«зацепка». Она заключается в указании на ар­мянский «след» происхождения как осетинских (аланских) знатных родов,так и названия всего общества. Последнее включало в себя Дарьяльское и Кобанское ущелья, а также Даргавскую котловину.
В версии предания, записанной в 1860 г. чиновниками Сословно­поземельной комиссии, корни благородных фамилий из названных районов Осетии уходят в древние времена. «Эльдары выводят свое происхожде­ние от родоначальника их Таги, или Тагаура — наследника Армянского царства, который по смерти отца, хотя и вступил на престол, но вскоре, по причине предстоящей ему опасности со стороны двоюродных братьев, возмутивших против него народ, бежал с несколькими дворовыми людьми на Кавказ». По данной версии, Тага сначала поселился в Абхазии, затем перебрался в Куртатинское ущелье.Здесь построил себе башню и «про­жил до глубокой старости, пользуясь в преданном ему народе большими почестями и уважением».

В версии родословной алдаров, зафиксированной капитаном Норденстренгом, «Тагаур был неизвестно когда и при каком царе, наследником армянского престола; после смерти отца братья его от другой матери воз­мутили народ против Тагаура и хотели его убить. Тагаур, видя немину­емую гибель свою, бежал из Армении к иронам или осетинам, жившим в горах. Он привел туда с собою нескольких дворовых людей (кавдасардов) и привез много денег и дорогой посуды, состоящей из небольших кру­глых серебряных столов, котлов, больших и малых чаш и прочаго. Ироны, узнав о происхождении Тагаура, сделали его своим вождем». По каким- то причинам внуки Тагаура «со своими людьми и имуществом» перешли в Куртатинское ущелье. Здесь «и поныне сохранились развалины их зам­ка». Позднее,«поссорившись с куртатинцами, тагаурцы переселились в соседнее ущелье, прозванное Тагаурским».

В целом, в различных версиях есть одна общая деталь — Тага, как прави­ло,«царевич», в Осетии появился из Армении. Изначально он искал приют в соседних районах Кавказа. Затем перешел на жительство в Алагирское, а позднее — в Куртатинское общество, где, согласно фольклорной тради­ции, остались материальные следы его пребывания: жилище либо могила. Немало вариантов генеалогических преданий указывают на бегство «царе­вича» Тага из Армении непосредственно в Восточную Осетию.

Как представляется, главный персонаж родословных алдаров — Ца­ревич Тага — является фольклорным отражением реальных тесных кон­тактов между двумя родственными этносами — аланами и армянами. В те­чение пятнадцати веков, начиная с рубежа двух эр, своего рода «следы» этих отношений отражались в памятниках устного народного творчества, житиях святых, личных именах, работах древних авторов и т. д. В част­ности, в крупнейшем в Закавказье архивохранилище Матендаран собран огромный материал об аланах. Часть его, изданная тремя сборниками в 1985 г.,убедительно показывает прочность алано-армянских отношений bI-XVbb.

Учитывая длительные, оживленные армяно-аланские связи, мож­но предположить возможность заимствования князьями Восточной(Дарьяльской) Алании социального термина тагиата(венценосцы) имен­но из Армении. Интересно, что грузинская форма топонима — Тагаури — в буквальном переводе означает «область Тага», т. е. «область князя».

Исходя из изложенного, формирование высшего сословия Восточной Осетии — тагиатов — следует, скорее всего, отнести к периоду до татаро- монгольского нашествия. Более узко — к рубежу I—II тысячелетий. Истоки своего особого социального статуса алдары связывали с выпол­нением их предками важных общественных функций — обеспечением безо­пасности и порядка в обществе. «Без защиты и покровительства фамилий, происходящих от родоначальника нашего Тагаура, фарсаглаги (крестьяне) в прежние времена жить не могли». Социальный термин алдар,официально признанный российской адми­нистрацией на Кавказе в 1847 г.,встречается в работах путешественников конца XVIII — начала XIX в. В официальных документах и работах совре­менников первой половины XIX в. данный титул не редкость. Конечно, ти­тул «алдар»появился намного раньше XIX в. В связи с рассматриваемым вопросом большой интерес вызывает другой социальный термин — «армыдзыд». Он представляет собой причастие от составного глагола «армы цае- уын» (входить под чью-либо руку). Так назывались лица, семьи, фамилии, отдававшие себя под покровительство сильной фамилии.Просителям это обеспечивало достаточно надежную защиту. Покровительство обуславли­валось рядом повинностей:армыдзыд платил налог, работал на патрона, предоставлял воинов в необходимых случаях и т. д. С данным термином тесно связан указанный выше титул «алдар».Они взаимно дополняют друг друга. Алдар(от армдар:«рукодержец») существовал постольку,посколь­ку был армыдзыд,иными словами, было над кем «держать» руку.

Очень сложно проследить численность Мамсуровых(впрочем, как и других фамилий) даже на каком-нибудь коротком хронологическом отрезке. В 1859 г. алдаров в целом было 115 семей. В 1864 г. в тех же 115 дворах проживал 551 человек обоего пола. В то же время все население общества исчислялось примерно 2000 дворов и до 10000 представителей обоего пола. Таким образом, сословие алдаров составляло примерно 6 % всего населения. На численности населения серьезно сказывались эпидемии. Это от­носится и конкретно к Мамсуровым, о чем свидетельствует название участка леса Даргавской котловины — Лигдон. Согласно утверждению А. Дз. Цагаевой, его основой является осетинское слово лидзын:«бе­жать». Очевидно, в этом месте в случае какой-либо эпидемии скрывалось местное население. При распространении эпидемии чумы люди покидали свои жилища и уходили подальше, в какие-либо святые места. Наглядным памятником и иллюстрацией к рассматриваемому вопросу служит знамени­тый Город мертвых — склеповый могильник Даргавса.

Численность населения могла сократиться и из-за природных ката­клизмов. Так, в том же Тагаурском обществе, недалеко от Санибы, име­ется пастбище под названием Баста ’нкуыстыта (буквально — «сдвину­тые места»). По преданию, в районе пастбища некогда находились селения Авд Ганалы, которые в середине XIX в. были снесены лавиной, вызван­ной обвалом печально знаменитого ледника Колка. Мамсуровы в числе других алдарских фамилий принимали участие в сборе пошлин за проезд по Военно-Грузинской дороге. Доход от этой деятельности был просто огромен и доходил до 30 000 руб. на фамилию. Аул Даргавс, родина Мамсуровых, на протяжении всего средневе­ковья считался центром Тагаурского общества. По мнению этнографа Б. А. Калоева, именно в Даргавсе «возникло большинство тагаурских фе­одальных фамилий». Село известно своими памятниками средневековья, в первую очередь, Городом мертвых, состоящим из множества различ­ных склепов. Совсем недавно рядом с Даргавсом археологи приступили к изучению аланского могильника. Уже первые находки дали интереснейший материал о VIII—IX вв., проливающий свет на историю и культуру алан.

В самом селении и вокруг него расположено немалое количество жилых, оборонительных и культовых сооружений. В самом центре Даргавса, на ле­вом берегу реки Уаллагдон, расположена башня Мамсуровых (Мамсыраты маесыг). Прямоугольная в плане (4,65×4,80 м),она отличается высоким качеством кладки, скрепленной известковым раствором. Арочный входной проем восточной стены отстоит на 3,8 м от земли.В стенах башни сделаны смотровые щели и бойницы. Высота башни — 14,75 м. По преданиям, за ее возведение «строитель получил четырнадцать коров».

В прежние времена масыг Мамсуровых входил, возможно, в оборони­тельно-хозяйственный комплекс. Во всяком случае, в 1808 г. Ю.Клап­рот во всей Тагаурии в военном отношении выделил «большое селение Даргавс, защищенное башнями и принадлежащее трем тагаурским фами­лиям: Мамцирре-фирт,Саха и Ханкуате». Современники той поры считали надежным с точки зрения обороны выбор предками тагаурцев места для поселений, расположенных «в весьма крепких местах». С аулами на Тереке Даргавс и Кобан связывали две до­роги:«Одна от селения Балта, а другая от Ларса. Первая удобная, и с ее стороны легче к ним пройти».

В начале XIX в. в Даргавсе насчитывалось 230 дворов; в этом от­ношении он намного превосходил все остальные селения Осетии. В спис­ке «Численности осетин» 1811 г. учтено около 100 населенных пунктов.Из них лишь в четырех, помимо Даргавса,количество дворов было не меньше сотни:в том же Тагаурском обществе в Малом Кобане — 100, в Большом Кобане — 200, в Куртатинском ущелье (в Карца и Уаласих) — по 100.

В это же время увеличились владения Мамсуровых. Наряду с други­ми алдарами,они «с кавдасардами и фарсаглагами поселились на Гизели». Самым первым на Гизельдоне возник аул прапорщика Османа Мамсурова. В 1850 Г. он писал коменданту Владикавказа генералу Ильинскому: «В 1818 Г. по приглашению бывшего здесь корпусного командира Ермоло­ва, первым перейдя из гор по сию сторону на плоскость,основал с моею семьею жительство на Гизели, откуда повыходили за мною на поселение в оное место и прочие». На карте 1850 г. этот аул отмечен на левом бере­гу Гизельдона на переходе через эту реку дороги Кобан — Владикавказ.Первые жители аула (24 двора) были выходцами из Даргавса. В 1822 — 1823 гг. южнее этого аула компактно расположились еще три поселения, в том числе аул Дуда Мамсурова. В середине XIX в. в этих селениях на­считывалось 144 двора. Вскоре после основания Владикавказа в крепости обосновалось не­сколько дворов Мамсуровых. В 1861 г., когда встал вопрос о преобразова­нии осетинского аула (форштадта) в городской квартал,к числу горожан были приписаны три семьи Мамсуровых — Бола, Гоби и Тымыга.

Во время известного переселения горцев в Турцию родные очаги по­кинули некоторые жители Даргавса. Нелегкая судьба выпала на долю первого осетинского профессионального поэта Темирбулата Мамсурова (1843—1899). Заметную роль в его жизни сыграл дядя по матери гене­рал-лейтенант Мусса Кундухов — инициатор и организатор переселения значительной части горцев Северного Кавказа в Турцию. Поддавшись на уговоры дяди, Темирбулат в 1865 г. отправился в Турцию. Молодой офи­цер мог сделать прекрасную военную курьеру, учитывая влияния Муссы Кундухова в военных кругах Турции. Однако Темирбулат отказался идти на службу в чуждую ему армию. Более того, он призывал своих земляков «не променять свое осетинское сердце на турецкое». Пока еще очень плохо изучены жизнь и творчество поэта. Напомним, что с его стихами нам помог познакомиться случай. В 1920 г. сын Муссы Кундухова, глава турецкой дипломатической миссии в России Бикербей Сами проездом из Москвы заехал во Владикавказ и передал Осетинскому историко-филологическому обществу 10 стихотворений Темирбулата,на­печатанных по-осетински, но французскими буквами. На титульном листе значилось: «Осетинские песни. Написал Темирбулат Мамсуров. Турция, Батманташ. 1868—1898 гг.».

Оставшиеся на родине Мамсуровы верой и правдой служили россий­ской армии. Так, образцы героизма и мужества во время Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. проявили всадники известного Осетинского дивизи­она Дзамбулат и Бекмурза Мамсуровы.

Конечно,самым популярным среди представителей военной интелли­генции является Хаджиумар Джиорович Мамсуров (1903—1968)— про­славленный генерал, Герой Советского Союза. Вплоть до недавнего вре­мени его деятельность была строго засекречена, имя не упоминалось, фа­милию знали лишь единицы. Даже великий Эрнест Хемингуэй, описывая подвиги «полковника Ксанти» в своем романе «По ком звонит колокол», не знал фамилию человека, чьей смелостью и отвагой он так восхищался и кого сделал героем своего романа. Лишь в последние годы стали достояни­ем общественности подвиги Хаджиумара в Испании; в то время лишь в ру­ководстве советской разведки догадывались, за что он в течение полугода был награжден двумя орденами — Ленина и Боевого Красного Знамени. В войне с белофиннами еще одна награда — орден Боевого Красного Знамени. В годы Великой Отечественной войны Хаджиумар был удосто­ен еще несколько наград. В 1945г. X. Мамсурову присвоено звание Героя Советского Союза. Легендарный разведчик удостоился чести в составе сводного полка 1-го Украинского фронта участвовать в Московском пара­де Победы 24 июня 1945 г.

Темырболат Османович Мамсуров (1843—1899) — первый осетин­ский профессиональный поэт,разделивший судьбу переселившихся в 1865 году в Турцию горцев. Их трагедию он оплакал в своих песнях.

Таймураз Дзамбекович Мамсуров (1954 г. р.) — российский политик, Глава Республики СевернаяОсетия — Алания.